Бертран Рассел

Бертран Артур Уильям Рассел, 3-й граф Рассел (англ. Bertrand Arthur William Russell, 3rd Earl Russell; 18 мая 1872, Треллек, Уэльс — 2 февраля 1970, Уэльс) — британский философ, логик, математик и общественный деятель. Известен своими работами в защиту пацифизма, атеизма, а также либерализма и левых политических течений, и внес неоценимый вклад в математическую логику, историю философии и теорию познания. Менее известны его труды по эстетике, педагогике и социологии. Рассел считается одним из основателей английского неореализма, а также неопозитивизма. В 1950 году получил Нобелевскую премию по литературе.

Ответственный секретарь Шведской академии Андерс Эстерлинг охарактеризовал Рассела как «одного из самых блестящих представителей рационализма и гуманизма, бесстрашного борца за свободу слова и свободу мысли на Западе». Американский философ Ирвин Эдман очень высоко ценил труды Рассела, даже сравнивал его с Вольтером, подчёркивая, что он, «как и его знаменитые соотечественники, философы старого времени, — мастер английской прозы». Рассел считается одним из наиболее влиятельных логиков XX века. В редакторских замечаниях к мемориальному сборнику «Бертран Рассел — философ века» (1967) отмечалось, что вклад Рассела в математическую логику является наиболее значительным и фундаментальным со времен Аристотеля.

Величайшие преступления совершаются скорее от избытка, чем от недостатка; никто не становится тираном, чтобы не мерзнуть.

Всегда считалось правильным хвалить Платона, но не понимать его. Это общая судьба всех великих людей.

Биография Руссо была изложена им самим в «Исповеди» чрезвычайно детально, но без рабской заботы об истине.

А совесть очень ненадежный советчик, поскольку состоит из смутных воспоминаний о наставлениях, услышанных в ранней юности; и она никогда не бывает умнее няньки или матери.

Путь от амебы к человеку казался философам очевидным прогрессом — хотя неизвестно, согласилась бы с этим мнением амёба или нет.

Религия основана, на мой взгляд, прежде всего и главным образом на страхе. Страх — вот что лежит в основе всего этого явления, страх перед таинственным, страх перед неудачей, страх перед смертью. А так как страх является прародителем жестокости, то неудивительно, что жестокость и религия шагали рука об руку.

В самом деле, если все должно иметь причину, то должен иметь причину и бог.

Большинство людей верит в бога просто потому, что эту веру в них вдалбливали с младенческих лет, и это — главная причина.

Некоторые дети имеют привычку мыслить, одна из целей образования состоит в том, чтобы избавить их от нее. Неудобные вопросы замалчиваются, за них даже наказывают. Коллективные эмоции используются для того, чтобы привить нужные взгляды, особенно националистического толка. Капиталисты, милитаристы и церковники сотрудничают в деле образования, потому что всем им выгодно, чтобы у людей развивалось эмоциональное отношение к действительности, а не критическое мышление.

Большинство мужчин не осознает необходимости ухаживать за женой после вступления в брак.

Когда зависть неизбежна, ее следует использовать в качестве стимула собственных усилий, а не для того, чтобы мешать другим.

Если человек проживет хорошо всю жизнь, то после своей смерти он будет вечно и счастливо жить на своей звезде. Если же он будет жить плохо, то при своем втором рождении будет женщиной.

Презрительное отношение к сексу обязано своим происхождением влиянию людей, страдающих от телесных или душевных заболеваний, либо и от того и от другого.

Каждая нация стремится в школьных учебниках истории лишь к самовосхвалению.

Я думаю, что не быть абсолютно уверенным — это и есть один из главных составляющих рациональности.

Тирания — это просто монархия, которую употребляющий это слово не любит.

Нам надо стоять на своих собственных ногах и глядеть прямо в лицо миру – со всем, что в нем есть хорошего и дурного, прекрасного и уродливого; видеть мир таким, как он есть, и не бояться его. Завоевывать мир разумом, а не рабской покорностью перед теми страхами, которые он порождает. Вся концепция бога является концепцией, перенятой от древних восточных деспотий. Это — концепция, совершенно недостойная свободных людей.

По моему мнению, никому не следует быть уверенным в чем-либо. Если у вас нет сомнений, вы, несомненно, ошибаетесь, так как ничто не заслуживает полной уверенности, а следовательно, всегда все свои убеждения нужно подвергать некоторой доле сомнения и, несмотря на сомнения, действовать решительно. В конце концов, это как раз то, что делает полководец, когда планирует сражение. Он совершенно не знает, как будет действовать неприятель. Но, если он хороший генерал, он правильно угадает. Если он плохой генерал, он рассчитает неверно.

На мой взгляд, благая жизнь — это жизнь, вдохновляемая любовью и направляемая знанием. И знание и любовь бесконечны. Следовательно, какой бы благой ни была жизнь, она может быть еще лучше. Ни любовь без знания, ни знание без любви не могут привести к благой жизни. В средние века, когда в стране появилась чума, священнослужители советовали собираться в церквах и молиться об избавлении. В результате инфекция распространялась среди молящихся с чрезвычайно быстротой. Это — пример любви без знания. Последняя война дает пример знания без любви. В том и другом случае результатом была гибель многих людей.

Для примитивного ума всякая вещь либо друг, либо враг: но опыт доказывает, что с помощью только дружелюбия или вражды мир понять невозможно.

Организации живут своей собственной жизнью, независимой от целей, установленных их основателями. Наиболее разительным примером этого факта служит католическая церковь, которая повергла бы в изумление не только Иисуса, но даже Павла.

Наука лишь может помочь нам преодолеть тот малодушный страх, во власти которого человечество пребывало в продолжение жизни столь многих поколений. Наука может научить нас — и этому, я думаю, нас могут научить наши собственные сердца – перестать озираться вокруг в поисках воображаемых защитников, перестать придумывать себе союзников на небе, а лучше положиться на собственные усилия здесь, на земле, чтобы сделать этот мир местом, пригодным для жизни, а не таким местом, каким его делали церкви на протяжении всех этих столетий.

Словом, я решительно отказываюсь признать, что в вопросах мудрости или в делах добродетели Христос занимает такое же высокое место, как некоторые другие люди, известные нам из истории. Мне думается, что я лично поставил бы Будду и Сократа в обоих этих отношениях выше Христа.

В нравственном облике Христа имеется, на мой взгляд, один весьма серьезный изъян, и заключается он в том, что Христос верил в ад. Я не могу представить себе, чтобы какой-нибудь человек, действительно отличающийся глубокой человечностью, мог верить в вечную кару.

Интеллект можно сравнить с ножом для разрезания куриного мяса, но он имеет ту особенность, что воображает, будто цыпленок всегда был разделен на те куски, на которые разрезал его нож.

Из всех моих работ лишь 1 процент связан с обсуждением сексуальных отношений, но простые люди интересуются именно этой проблемой, не заметив 99 процентов моих остальных работ… начиная обсуждение этой проблемы я хотел сказать, что 1 (один) процент и есть та разумная доля человеческих интересов, которая должна уделяться сексуальным отношениям.

Другие оборванцы, с которыми я встретился, были членами Петроградского математического общества. Я присутствовал на одном из заседаний этого Общества, слушал доклад по неевклидовой геометрии. Я ничего не мог понять, кроме формул, записанных на доске, но, судя по ним, это был вполне компетентный доклад. В Англии я никогда не видел таких униженных и жалких бродяг, как петроградские математики.

Как правило, человек, который первым выдвигает новую идею, настолько опережает свое время, что его считают чудаком, так что он остается неизвестным и его скоро забывают. Затем постепенно мир вырастает до понимания такой идеи, и человек, который провозглашает ее, в надлежащий момент получает все почести. Так было, например, с Дарвином, а несчастный лорд Монбоддо в свое время был посмешищем.

Цивилизованный человек отличается от дикаря главным образом благоразумием, или, если применить немного более широкий термин, предусмотрительностью.

Мне не хотелось бы выглядеть высокомерным, но мне действительно кажется, что я могу понимать вещи, которые как вы считаете, человеческий ум не может понять.

Здесь, в этом мире, мы обнаруживаем много несправедливого, и это дает нам основание предположить, что справедливость не правит в мире; следовательно, данный факт служит нравственным аргументом против существования божества, а не в пользу его существования.

Ни один свободный человек не будет играть и петь, если он не пьян.

Я полагаю, что математика является главным источником веры в вечную и точную истину.

Пересказ глупым человеком того, что говорит умный, никогда не бывает правильным, поскольку он бессознательно превращает то, что он слышит, в то, что он может понять.

Узы брака должны быть нерасторжимы, ибо отец необходим для воспитания детей — как потому что он разумнее матери, так и потому, что он обладает большей физической силой, когда детей приходится наказывать.

В мире, где никто не вынужден работать более четырех часов в сутки, каждый, кто обладает научным любопытством, будет способен удовлетворить его. Каждый художник будет в состоянии рисовать, не умирая с голода, каковы бы ни были его рисунки. Молодые писатели не будут вынуждены привлекать к себе внимание сенсационными китчами, написанными с целью приобретения экономической независимости, необходимой для монументальных работ, — к которым, когда время наконец подходит, они теряют склонность и способность. Люди, в своей профессиональной деятельности заинтересовавшиеся каким-либо аспектом экономики или управления, получат возможность развить свои идеи без академической обособленности, нередко делающей работы университетских экономистов далекими от реальности. Врачи получат время для изучения прогресса медицины. Учителя не будут раздражённо пытаться преподавать привычными методами вещи, изученные ими в юности и с тех пор признанные неверными.

Аристотель утверждал, что у женщин меньше зубов, чем у мужчин. Хотя он был женат дважды, ему так и не пришло в голову проверить правильность этого утверждения, заглянув в рот собственной жене.

Больше всего гордятся собой две категории людей: те, кто несчастлив, и те, кто страдает бессонницей.

Бояться любви — значит бояться жизни, а тот, кто боится жизни, на три четверти мертв.

В Америке каждый свято убежден в том, что выше него в социальной иерархии нет никого. Верно, но и ниже — тоже.

В демократии честный политик может быть терпим только, если он очень глуп. Ибо лишь очень глупый человек может искренне разделять предрассудки большей половины нации.

В каждое начинание необходимо впрыснуть определенную дозу анархии — ровно столько, чтобы и застоя избежать, и распада не допустить.

В наш опасный век есть немало людей, которые влюблены в несчастья и смерть и очень злятся, когда надежды сбываются.

В нашем великом демократическом обществе по-прежнему бытует мнение, будто глупый человек большей частью честнее умного, и наши политики, используя этот предрассудок в своих интересах, притворяются еще более глупыми, чем они родились на свет.

В наших школах не учат самому главному — искусству читать газеты.

Вместо того чтобы убивать своего соседа, пусть даже глубоко ненавистного, следует, с помощью пропаганды, перенести ненависть к нему на ненависть к какой-нибудь соседней державе — и тогда ваши преступные побуждения, как по волшебству, превратятся в героизм патриота.

Во время кораблекрушения команда выполняет приказы своего капитана не задумываясь, ибо у матросов есть общая цель, да и средства для достижения этой цели очевидны и всем понятны. Однако, если бы капитан, как это делает правительство, принялся разъяснять матросам свои принципы управления кораблем, чтобы доказать правомерность поступающих приказов, корабль пошел бы ко дну раньше, чем закончилась его речь.

Во все времена, начиная с правления Константина и вплоть до конца XVII столетия, христиане подвергались куда более лютым преследованиям со стороны других христиан, чем некогда со стороны римских императоров.

Вот здесь, на этой полке, у меня стоит Библия. Но я держу ее рядом с Вольтером — как яд и противоядие.

Всемирная история есть сумма всего того, чего можно было бы избежать.

Всякая точная наука основывается на приблизительности.

Всякое чувство, взятое в отдельности, — безумие. Здравомыслие можно было бы определить как синтез безумий… Тот, кто хочет сохранить здравомыслие… должен собрать в себе целый парламент всевозможных страхов, из которых каждый признавался бы безумным всеми остальными.

Главный довод в пользу слова — уязвимость наших убеждений.

Главный недостаток отцов: они хотят, чтобы дети ими гордились.

Говорят, что человек — это разумное животное. Всю свою жизнь я искал хоть какие-то свидетельства в пользу этого утверждения.

Если какая-то точка зрения широко распространена, это вовсе не значит, что она не абсурдна. Больше того. Учитывая глупость большинства людей, широко распространенная точка зрения будет скорее глупа, чем разумна.

Действительно возвышенные умы равнодушны к счастью, особенно к счастью других людей.

Диагностика достигла таких успехов, что здоровых людей практически не осталось.

Зависть — вот основа демократии.

Из беседы с ученым мужем я всякий раз делаю вывод, что счастье нам не дано; когда же говорю с садовником, то убеждаюсь в обратном.

Из всех видов осторожности осторожность в любви наиболее губительна для настоящего счастья.

Искусство пропаганды в том виде, как его понимают современные политики, напрямую связано с искусством рекламы. Психология как наука во многом обязана рекламодателям.

К очень неприятным явлениям нашего времени относится то, что только ограниченные люди оказываются очень уверенными в правоте своего дела.

Каждый человек окружает себя успокаивающими убеждениями, что вьются вокруг него, словно рой мух в жаркий день.

Как это ни грустно, люди соглашаются лишь с тем, что их, по существу, не интересует.

Когда детей нет, отношения мужчин и женщин — это их личное дело, не касающееся ни государства, ни соседей.

Когда мы думаем о человечестве, мы имеем в виду прежде всего самих себя; неудивительно, что мы ставим человечество так высоко.

Когда собеседник подчеркивает, что говорит правду, можете не сомневаться: он лжет.

Книга должна быть либо ясной, либо строгой, совместить эти два требования невозможно.

Когда путь от средств к цели не слишком велик, средства становятся не менее заманчивыми, чем сама цель.

Личное тщеславие рассеивается братьями, семейное — одноклассниками, классовое — политикой, национальное — поражением в войне. Однако человеческое тщеславие остается…

Любовь — это главный способ бегства от одиночества, которое мучит большинство мужчин и женщин в течение почти всей их жизни.

Лишь очень немногие могут быть счастливы, обходясь без ненависти к каким-либо лицам, народам или верованиям.

Люди рождаются невежественными, а не глупыми. Глупыми их делает образование.

Машинам поклоняются, потому что они красивы; машины ценятся, потому что в них заложена мощь. Машины ненавидят, потому что они отвратительны, машины презирают, потому что они делают из людей рабов.

Многие готовы скорее умереть, чем подумать. Часто, кстати, так и случается.

Мудрость начинается с победы над страхом.

Мысль не свободна, если ею нельзя заработать на жизнь.

Мышление требует усилий и подготовки. Политики слишком заняты составлением речей, чтобы мыслить.

Наука — то, что мы знаем, философия — то, чего мы не знаем.

Наши великие демократии всё ещё склонны считать, что глупый человек скорее окажется честным, чем умный, а наши политики извлекают выгоду из этого предрассудка, выставляя себя еще глупее, чем создала их природа.

Не старайся избегать искушений: со временем они сами начнут тебя избегать.

Нежелательно верить в гипотезу, когда нет решительно никаких оснований считать ее верной.

Неординарные люди равнодушны к счастью — особенно к чужому.

Нет ничего более утомительного, чем нерешительность, и ничего более бесполезного.

Нищие не завидуют миллионерам — они завидуют другим нищим, которым подают больше.

Патриотизм — это готовность убивать и быть убитым по самым тривиальным причинам.

Патриоты всегда говорят о готовности умереть за отечество, и никогда — о готовности убивать за отечество.

Плохие философы могут иметь определенное влияние в обществе, хорошие — никогда.

Побывав в Китае, я расцениваю лень как одно из самых главных достоинств человека. Верно, благодаря энергии, упорству человек может добиться многого, но весь вопрос в том, представляет ли это «многое» хоть какую-то ценность?

Правда — это то, что каждый из нас обязан рассказать полицейскому.

«Правильно жить» означает лицемерие, «правильно думать» — глупость.

При демократии дураки имеют право голосовать, при диктатуре — править.

Религиозная терпимость достигнута только потому, что мы перестали придавать религии такое значение, как прежде.

Род людской — это ошибка. Без него вселенная была бы не в пример прекраснее.

Скука — серьезная проблема для моралиста, ибо со скуки совершается по крайней мере половина всех грехов человечества.

Смысл философии в том, чтобы начать с самого очевидного, а закончить самым парадоксальным.

Совместимость жестокости с чистой совестью — предел мечтаний для моралистов. Поэтому-то они и выдумали ад.

Способность умно наполнить свободное время есть высшая ступень личной культуры.

Страх — главный источник предубеждений и один из главных источников жестокости.

Счастливая жизнь должна быть в значительной степени тихой жизнью, ибо истинная радость может существовать лишь в атмосфере тишины.

Тот, кто действительно имеет авторитет, не боится признать свою ошибку.

Увы, так уж устроен свет: тупоголовые твердо уверены в себе, а умные полны сомнений.

Умереть за свои убеждения — значит придавать слишком большую цену предположениям.

Уметь с умом распорядиться досугом — высшая ступень цивилизованности.

Человек всю жизнь видит сны. Иногда, правда, он пробуждается на минуту, осовело смотрит на мир, но затем вновь погружается в сладкий сон.

Человек доказывает свое превосходство перед животными исключительно способностью к занудству.

Человек — существо доверчивое, он должен во что-то верить — не в хорошее, так в плохое.

Чем больше о нас говорят, тем больше хочется, чтобы о нас говорили. Приговорённому к смерти убийце разрешается прочесть в газетах отчет о судебном процессе, и он придет в ярость, если обнаружится, что какая-то газета уделила его делу недостаточно места… Политиков и литераторов это касается в той же мере.

Чтобы стать долгожителем, нужно тщательно выбирать своих предков.

Я всегда считал респектабельных людей подлецами, и теперь каждое утро с тревогой разглядываю в зеркале свое лицо — нет ли на нем признаков подлости.

Этика — это попытка придать всеобщую значимость некоторым нашим желаниям.

Я люблю математику за то, что в ней нет ничего человеческого, за то, что с нашей планетой, со всей вселенной ее, по существу, ничего не связывает. За то, что любовь к ней… безответна.

Я так занят, что был вынужден перенести дату своей смерти.

Логику можно определить как искусство делать выводы.

У людей во все времена было столько детей, сколько они могли себе позволить — не больше, но и не меньше. По-видимому, это справедливо в отношении австралийских аборигенов, ткачей из Ланкашира и даже британских лордов. Я не намерен отстаивать эту точку зрения теоретически, но она не так далека от истины, как это могло бы показаться.

Вряд ли можно предположить, что чиновники, ответственные за образование, желают, чтобы молодежь стала образованной.

Люди, которые больше знают книги, чем жизнь, склонны переоценивать влияние философов.

Гений, утверждает он, часто обязан случаю: если бы Шекспир не был пойман как браконьер, он был бы торговцем шерстью.

Почему мир не был сотворен раньше? Да потому, что никакого «раньше» не было.

Платон под влиянием пифагорейцев чрезмерно уподоблял все прочее знание математике. Он разделял эту ошибку со многими из величайших философов, но это тем не менее было ошибкой.

Платон ясно говорит, что ложь должна быть исключительным правом правительства, точно так же как право давать лекарство является исключительным правом врача.

Сократ был постоянно занят вопросом о том, как добиться того, чтобы власть в государстве принадлежала компетентным людям.

Афинская демократия, несмотря на свою ограниченность, которая исключала рабов и женщин, была более демократичной, чем любая современная система. Судьи и большинство представителей исполнительной власти избирались по жребию и на короткое время.

В Америке существует один значительный и высокоинтеллектуальный класс, который заинтересован в защите плутократии, — класс юридической корпорации. В некоторых отношениях функции этого класса аналогичны функциям, которые выполняли в Афинах софисты.

То, что тогда называлось демократией, оставляло институт рабства неприкосновенным. Рабство давало богатым возможность наслаждаться своим богатством, не угнетая свободных граждан.

Институт частной собственности влечет за собой подчиненное положение женщины и, как правило, возникновение класса рабов.

Существует ли такая вещь, как мудрость, или же то, что представляется таковой, — просто максимально рафинированная глупость?

Два факта разрушили греческую политическую систему: первый — притязания каждого города на абсолютный суверенитет, и второй — ожесточенная, кровавая борьба между богатыми и бедными в большинстве городов.

Платоновский коммунизм раздражает Аристотеля. Он привел бы, заявляет Аристотель, к взрыву гнева против ленивых и к такого рода ссорам, которые обычны для людей, путешествующих совместно.

Граждане Афин, как и граждане других городов во все времена и на всех континентах, относились с определенной враждебностью к тем, кто пытался привить более высокий уровень культуры, нежели тот, который был им привычен.

У бога все справедливо, люди же одно считают несправедливым, другое — справедливым.

Римляне, несомненно, были глупы и грубы в сравнении с греками, но они по крайней мере создали порядок.

Источники цитат: Бертран Рассел — Автобиография; Бертран Рассел — История западной философии; Бертран Рассел — Похвала праздности; Бертран Рассел — Почему я не христианин; Бертран Рассел — Брак и мораль; Бертран Рассел — Свободомыслие и официальная пропаганда; Бертран Рассел — Я атеист или агностик?; Бертран Рассел — Искусство мыслить.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
О деньгах

Оставить отзыв

Войти с помощью: 
avatar
  Подписка  
Подписка

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: